Девушки электротехнического: когда пришла война
Автор:
Касьянова Галина Владимировна
главный библиотекарь,
Санкт-Петербургский университет технологий управления и экономики
Девушки электротехнического: когда пришла война
После посещения Санкт-Петербургского государственного электротехнического университета «ЛЭТИ» им. В.И. Ульянова (Ленина) мне захотелось поделиться рассказом о мужестве и отваге женщин, сражавшихся на фронтах Великой Отечественной войны.
Мой рассказ будет о партизанках Елене Вишняковой и Сильве Восковой, которые жили в Ленинграде и учились в Ленинградском электротехническом институте накануне войны. В тяжелейшей войне студентки института проявили мужество и героизм.
В семьях Восковых и Вишняковых революционерами было старшее поколение. Прославленный комиссар гражданской войны Семен Петрович Восков, комиссар продовольствия Совета народный комиссаров Союза Северных коммун умер от сыпного тифа в 1920 году. Его именем был назван Сестрорецкий оружейный завод.
Дочь родилась через три месяца после смерти отца. Ее назвали Сильвией – в память зарубежной коммунистки, погибшей в полицейском застенке. Девочка росла, соединив в себе задатки сорванца, который переигрывал мальчишек в казаки-разбойники, и юной мечтательницы. Любила возиться с детьми. Великолепно играла в волейбол, каталась на коньках и лыжах, позднее увлеклась стихами. Сильва заводила специальные тетради и переписывала в них понравившиеся строки из Блока, Маяковского, Багрицкого. Начала сочинять сама. Первые, порой неуклюжие, четверостишия адресованы маме. Потом появились стихи о природе: «Закурятся почки молодые запахом медвяных тополей, заискрятся капли дождевые, окропляя бархаты полей…» Безумно стеснялась своего увлечения, лишь некоторые стихи показывала лучшим подругам. Уже в наши дни обнаружилось несколько тетрадей стихов Сильвии.
Природная сдержанность всегда останавливала ее, даже в классе ни разу не заикнулась, что она дочь «того самого» Воскова. И только когда они всем классом, уже перед самым окончанием десятого класса, побывали на Марсовом поле, и кто-то из ребят прочел гранитную надпись: «Восков Семен Петрович… Сильва, а ведь ты тоже Воскова и…Семеновна», – она коротко ответила: «Здесь лежит мой отец, ребята. И не надо больше об этом».
Застенчивая, порой даже робкая, она, когда нужно было, умела отстоять свое мнение, а узнав, что их любимая учительница литературы раскритикована инспектором, побывавшим у них на уроке, выступила на комсомольском собрании и доказала, что их учат возвышенному и учат правильно.
В восьмом классе Сильва познакомилась с Леной Вишняковой, которая училась в десятом. Отец Лены, электромонтер Потапий Вишняков, тоже, как и отец Сильвии, вступил в партию. Как он вспоминал, «с азартом ударился в революцию». Семья не видела его месяцами: партизанил, комиссарил, гнал беляков. Лена рано пристрастилась к спорту. Подвижная, ловкая, она азартно носилась по баскетбольной площадке, загоняла мячи в корзину и входила в составы сборных школы, района, даже города.
Жизнь их сблизила уже в Электротехническом институте. Лена поступила на спецфак и собиралась стать гидроакустиком, Сильва, пришедшая в ЛЭТИ позднее, избрала проводную связь. Они встретились в спортивном зале. Дружили так, что им завидовали. Лена часто уезжала на соревнования – межвузовские, сборных Москвы и Ленинграда. Сильва получала призы по скоростным гонкам на лыжах, летом уходила в турпоходы, была в альпинистском лагере, наслаждалась горами, высотой, риском переходов.
Когда началась война, подруги были на практике. Вернулись, а в аудиториях уже шли митинги, висели лозунги «Победа будет за нами!». Ребята уходили на фронт, а девушек посылали устанавливать противотанковые надолбы, копать под городом рвы. Подруги рвались на фронт. Обратились к военкому, он их выслушал: «Без пяти минут инженеры? Извольте помогать стране по специальности». Попали в досрочный выпуск «с правом защиты дипломного проекта в последующем» (так значилось в справке), получили назначение на восток, но, не сговариваясь, в один голос заявили: «Из города-фронта не уедем!». Это было под Новый год. В новогоднюю ночь скончался отец Лены, Потапий Антонович Вишняков – дистрофия подорвала его сильный организм. Истощение, авитаминоз настигли мать Сильвы – хирурга военного госпиталя; умер дед, трое суток Сильва рыла могилу, смерзшаяся земля не поддавалась; перестали приходить письма от отчима – тоже фронтового врача.
Лене удалось получить работу по специальности в Связьмортресте, на несколько недель потеряла Сильву из виду. В выцветшей за три с половиной десятилетия бумажке об этих неделях говорится так: «Удостоверение № 013. Согласно указанию военного отдела горкома ВКП(б) тов. Воскова С. С. мобилизована Ленинградским городским комитетом ВЛКСМ на краткосрочные курсы по подготовке радистов для Красной Армии». Сильва училась работать на ключе, вести прием, передачу. Неожиданно закрылись курсы – Военный совет решил создать более перспективные, на новой технической основе. Сильва устроилась санитаркой в госпитале, каждого нового раненого спрашивала, как попасть на фронт. Молодой партизан с раздробленной голенью сказал ей: «На войне все нужны. У нас в отряде девчушка-радист. Училась здесь, на Крестовском… Попытай счастья». Она обегала весь Крестовский остров, пока не обнаружила морячка у парадной без всякой вывески. Потом день искала Лену, нашла, затащила сюда, и они попросили вызвать начальника военно-морской школы. Начальник объяснил им, что в школу зачисляют по рекомендации, и тогда девушки выложили на стол свои спортивные справки, квалификационные билеты, грамоты: гимнастка четвертого разряда, лыжница второго разряда, альпинист первой ступени, радист, волейболистка, баскетболистка… «Вы что, – спросил он, пряча усмешку, – все это и взаправду умеете делать? И мячи забивать, и в горы лезть?» Тут же велел их зачислить в состав курсантов и накормить обедом и ужином сразу: «Они спортсменки – сдюжат».
Новенькие формы: матросская рубашка, юбка, китель, синий берет со звездочкой. Торжественная минута присяги. Напряженные недели борьбы за скорость передачи и приема. Строгие отборы курсантов: военный округ, штаб партизанского движения. Их называли здесь «счастливчиками». А счастливчики уже не раз выходили на связь в тылу у немцев.
После напряженных недель борьбы за скорость передачи и приема - торжественная минута присяги. Через некоторое время обеих подруг назначили инструкторами взводов радистов-разведчиков. Но по-прежнему им этого было недостаточно, они просились в пекло. Начальник школы был категорически против и не отпускал. Тогда Сильва записалась на прием к члену Военного Совета фронта и говорила с ним за себя и комсорга школы радистов Лену Вишнякову. Впервые гордо произнесла вслух имя отца: «Комиссары шли впереди, – заявила она. – Почему их дети должны жить иначе?». Он внимательно посмотрел на нее, что-то прочел в глазах, улыбнулся. «Я мог бы сказать, что этот вопрос должны решать на местах… Обязан так сказать». И неожиданно: «Что умеете делать?». Вскочила со стула, вытянулась, четко доложила: «Я радист. Тридцать групп в минуту. Имею разряды по трем видам спорта. Изучаю сейчас два иностранных языка. Инженерное образование. Я сильная. Физически и морально вполне подготовлена к борьбе с фашизмом на самом трудном участке». И после паузы: «Разрешите доложить, все это одинаково относится к комсоргу школы радистов Елене Вишняковой».
Подруги ждали своего часа, готовили курсантов, патрулировали на Крестовском, гасили зажигалки. Наконец их определили к разведчикам.
Подругам казалось, что теперь уже ничего их не разлучит. Но пришел 1944 год, а с ним - приказ командования: «Готовьтесь, полетите в тыл к гитлеровцам, но в разных отрядах».
В этот период наши органы государственной безопасности готовили специальные разведывательные группы для засылки в немецкий тыл. Целью их являлось оперативно информировать советское командование о передвижениях войск противника, вскрывать гитлеровские планы по эвакуации военных и промышленных грузов или угону на Запад гражданского населения, вовлекать советских людей, находящихся на временно оккупированной немцами территории, в борьбу с гитлеровцами и их пособниками. В состав партизанской группы «Сокол», которую радистом-разведчиком была включена Елена Вишнякова, район приземления «Сокола» - Латвия; группе «Балтийцы», районом предстоящих действий которой определена Эстония, был назначен радист-разведчик Сильвия Воскова.
Сильвия улетала первой, в феврале. Группу отправляла командир авиаполка прославленный летчик Марина Гризодубова. С третьего захода отряд был десанирован. На связь радист (ее псевдонимом стало имя Лючия) долго не выходила, в разведотделе установили, что группа приземлилась в точно заданном районе и углубляется в леса…
В первых числах марта вылетела группа «Сокол». Выбросили их севернее озера Лубана. Вишнякова и мерзлую землю меж рельсами долбила, и взрывчатку закладывала, и сталкивала паровозы под откос. А потом – в лес или в болото и донесение Центру: «Капитан сообщает… послал сорванца погулять… с тремя приятелями…» Значит, еще три вагона покатились за паровозом или взорвались… «Северок» Елены работал безотказно. Берегла его, как малое дитя. Берегла от стрельбы, от встряски, от сырости. На связь ни разу не опоздала выйти. Ее мнение ценил командир. Перед тем как выпускать на операцию молодых разведчиков, советовался с Вишняковой, обсуждал каждую кандидатуру. У Елены были свои принципы: «Молодых ребят можно проверить только в деле, командир. Я – за!». Часто думала о Сильвии. На запрос о Восковой Центр не ответил и она поняла: с отрядом беда.
Уже после войны удалось установить, что чекисты отстреливались до последнего патрона, командир группы и радист были схвачены тяжело раненными, полузамерзшими на болоте, брошены в городскую тюрьму, где их зверски пытали. Но ни задач отряда, ни позывных Центра они не выдали, исполнив до конца свой долг.
…Прошло много лет, прежде чем об этом узнала Елена Вишнякова. Она работала инженером на заводах, руководила цехом новых приборов и хотела назвать хоть один из них именем подруги. Растила сына и вспоминала, как любила возиться с детьми Сильвия Воскова. А сын все спрашивал: «Ты партизан, да? А где твои награды?» Отшучивалась: «В музее».
Но потом ее пригласили в Управление КГБ, где еще хранились стопы ее депеш, и сообщили, что правительство наградило ее орденом Красной Звезды. «Служу Советскому Союзу!» — ответила, как положено по уставу и спросила: «Разрешите обратиться… У меня была подруга, дочь комиссара Воскова. Она достойна, она…». После ответа генерала узнала, что Сильва посмертно награждена орденом Отечественной войны…
Благодаря таким людям была одержана победа в Великую Отечественную войну!
Михайлов Р. Дочери комиссаров продолжают бой / Р. Михайлов https://history.wikireading.ru/64215
Смолов В. Б. Лэтийский женский батальон / В. Б. Смолов // Метроном аптекарского острова. – 2009. - №1. – С. 81